Главная
Новости
Ссылки
Гостевая книга
Контакты
Семейная мозаика

ЮНГИ КАПИТАНА ДЕМКИНА

Свою морскую карьеру Коля Демкин начал не со студенческой скамьи. Он проверил себя на работе простым матросом.
А когда стал капитаном - то и сына своего, Виталия Николаевича, брал с собой в плавание как юнгу. Возникали и другие молодые парни, которых он брал в плавание юнгами.
.

ЮНГА № 1
АНДРЕЙ ВВЕДЕНСКИЙ


О нем рассказала мне Ия Николаевна Нюберг.

«У моей бабушки, Софьи Николавны Кашкиной была сестра, Надежда Николаевна. Муж ее, известный хирург Введенский, умер в 1917 году. Старшего сына мобилизовали в свою армию белые. Младший сын ее Андрей ушел из дому и оказался беспризорником. Надежда от горя была совершенно невменяема.

Мой родственник Александр Федорович Нюберг (Сантери Нуортева) нашел Андрея на улице. И поручил парня заботам Николая Ивановича.

В результате Андрей плавал несколько лет под командой Николая Ивановича сначала как юнга, потом дослужился до механика. Он буквально воскрес к нормальной жизни. Николай Иванович увидел, что Андрей не создан для жизни моряка. И тогда он подвигнул Андрея готовиться в институт. Мне кажется, что Андрей закончил Ленинградский Горный ин-т экстерном.

Я помню дядю Андрея, когда он появился у нас дома в Москве. Мне было тогда 4-5 лет. Ясно вижу его - высокий красавец. Мама моя рассказывала, что Николая Ивановича Андрей просто боготворил. Благодаря ему Андрей стал образованным человеком, а главное - Николай Иванович научил его быть настоящим мужчиной – решительным, ответственным. И даже – элегантным».

Понятно, почему Сантери мог узнать на улице беспризорника, Андрея Введенского. Ведь он был членом этой семьи: Софья Николаевна была женой его брата, Дмитрия Класовича, а Андрей - её племянник. Но откуда он мог знать Николая Ивановича Демкина? И был уверен в том, что именно капитан Демкин согласится взять этого мальчишку-безпризорника на корабль?

Никаких данных об этом нет. Не могли они познакомиться ни по родственным связям, ни по профессиональным. Остается поискать случайные пересечение в каком-то кусочке пространства-времени.

Андрей мог быть беспризорником где-то в 1918-20 г.

Про Нуортеву в эти годы известно, что 4 августа 1920 г. он был назначен начальником отдела стран Антанты и Скандинавии Наркомата иностранных дел. Ведь у него были обширные международные связи, знание языков, хороший контакт с большевиками. Наверняка ему приходилось туда ездить.

А капитан Демкин, вернувшись из плена, плавал на судах ТрансБалта ,(К.Маркс, Трансбалт, Герцен) на дальних рейсах, с 1919 по 1924.

Так что вот именно в это время (1919-20) и этом месте (на пароходе в Англию или Америку) и могло произойти случайно-неизбежное знакомство этих двух замечательных личностей.

Прошло с тех давних пор не так уж много лет. И судьба решила еще раз столкнуть Нюбергов и Дёмкиных. И вот, послушен воле рока, внучатный племянник капитана Дёмкина, Сергей Глебович Раутиан, женился на Ие Николаевне Нюберг, внучатной племяннице политика Александра Нюберга (Сантери Нуортевы).

Мир тесен, и судьбы человеческие пересекаются самым неожиданным образом.

ЮНГА № 2
ГЕОРГИЙ ЯКОВЛЕВИЧ ЛОЗГАЧЕВ


Несколько лет германского плена а потом - год тюрьмы на родине не позволили Николаю Ивановичу отработать во флоте полный срок для пенсии. В его прошении Наркому флота Новикову о персональной пенсии Николай Иванович приводит свой трудовой список. И вспоминает необычное обстоятельство, которое - чем черт не шутит - может помочь в этом деле. Он пишет:

«......Ольга Ильинишна Ульянова (Ник.Ив. ошибся - на самом деле - Анна И.Ульянова-Елизарова) поручала моим заботам своего приемного сына, плававшего летнюю навигацию со мной на пароходе “Герцен” на Лондонской линии».

В поисках деталей заглядываю в Интернет. И действительно, в семье Елизровых своих детей не было и они взяли на воспитание мальчика. Семейная жизнь была типичной для разночинцев интеллигентов первого поколения. Сестры Ульяновы работали: "распространяли нелегальную литературу", время от времени их арестовывали и ссылали куда-нибудь в глухомань - в Вологду, наример. Володя был заграницей. Кормил семью Марк Елизаров. Ему было не до революции - он работал в частной фирме, приходилось мотаться по стране.

Приемный сын, Георгий Яковлевич Лозгачёв-Елизаров, (род 1906), вырос в этой семье (1911-1924, т.е. в возрасте от 5 до 18 лет) и впоследствии написал об этом книгу «Незабываемое». Вот как возникла эта морсая идея.

"Ты а этом году закончил свое образование" - начала приемная мать, усадив меня рядом с собой на диван, - "и мне хотелось как-то особенно отметить это немаловажное событие в твоей жизни. Я решила посоветоваться с Володей - и знаешь, какая мысль пришла ему в голову? А что ты скажешь - говорит - насчет поездки заграницу? Не пассажиром, конечно, а простым матросом. Пусть потрудится наравне с другими, все-таки ему уже семнадцатый год, не маленький..<....>

Я специально поехала в Петроград и разговаривала там с одним руководящим товарищем из Балтийского пароходства, Иваном Ионовичем Яковлевым и он привел мне несколько возможных вариантов...<....> Ровно через четыре дня отправляется в Лондон с грузом леса торговое судно "Карл Маркс". Можешь на нем совершить плавание в качестве матроса, как член команды, тебе и жалованье будут платить как матросу."


В отличие от Сантери Нуортева и Николая Ивановича, которые подались в юнги на свой страх и риск, сбежав из дома - советского принца привели туда за ручку.

Через несколько дней груженый лесом "Карл Маркс" покинул Петроградский порт и взял курс на Кронштадт.
А приемная мать Анна Ильинична, даже поехала (инкогнито, под чужой фамилией) в соседнюю страну, Латвию, чтобы держать с ребенком телефонную связь.

Пытаюсь представить себе мальчишку, ему всего 16, он - на корабле! Все кругом незнакомое, интересное. Команды тут выполняются бегом... "свистать всех наверх!" и всякое такое, что я могу припомнить из прочитанных в детстве морских рассказов.

И раз уж он не просто юнга, но из Ульяновской семьи - то может пзволить себе пообщаться с капитаном, расспросить его о плаваниях - конечно, были у капитана всякие приключения...

Роюсь в книге, ищу... Но ничего похожего. Свое плавание он описывает, как описал бы его пожилой пассажир:
"Семидневный переход с порядочной качкой перенес превосходно", "познания в английском оказались кстати", "прогулки по Лондону", "неизгладимые впечатления..." (неизвестно о чем). Вот и всё. Непохоже, чтобы он там поработал "как все".

Прошло лет десять. Юная Лия Пекуровская, мама Виталия Халтурина, верная коммунистка, в 1930-х годах работала в Институте пионерского движения под руководством Надежды Константиновны. Легенда гласит, что маленький Виталик (лет шести) бывал в Кремле. Как-то раз этот проныра, в поисках мамы нечаянно попал на Кремлевское партийное собрание. Вежливо спросив: "А беспартийным - можно?" - вошел.

Потом, лет чере 40, он рассказывал своим детям, как на этом собрании партийцы пели "Интернационал", на сцене перематывали рулон, а на нем крупными буквами написаны слова, которых кремлевские партийцы тогда еще не выучили.

Виталик там бывал и на кремлевских детских праздниках. И даже, якобы, сиживал у тети Нади Крупской на коленках.

Чтобы мир был неуклонно тесен, следовало замкнуть линию "Ульяновы - Дёмкины". И судьба повелела маленькому Виталику, (в то далекое время - "близкому знакомому Ульяновых"), вырасти и жениться на Тане Раутиан, внучатной племяннице капитана Николая Ивановича Дёмкина.

Мир и вправду тесен, от пересечения судеб - не уйти.

Т.Г.Раутиан

<< Аскольд Иванчик: ПАМЯТИ СЕРГЕЯ ТОХТАСЬЕВАНиколай Иванович. БИОГРАФИЯ В ДОКУМЕНТАХ>>

Добавить отзыв

Ваше имя:
Ваш email:
Ваш отзыв:
Введите число, изображенное на картинке:

Все отзывы

Последние отзывы:
Фотогалерея

(c) 2008-2012. Контактная информация